Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
00:03 

Фанфик по Мхб от меня.

Исанн Айсард
Our Blades are Sharp// Север помнит| Не веди себя как еда.
Мне давно не давали покоя знакомые ракшасы Дурьодхны. Так что вот про него фанфик.


-Что за вода тогда была - глубокая бездна?
Не было тогда ни смерти, ни бессмертия.
Не было признака дня или ночи.
Нечто одно дышало, воздуха не колебля, по своему закону,
И не было ничего другого, кроме него.
Мрак был вначале…Вначале…Мрак был в начале…
- Сокрыт мраком.
- Я помню!
Двое мальчишек прятались от дневной жары под раскидистым деревом, но от необходимости отвечать урок так просто не спрячешься, поэтому вместо того, что бы спать или болтать, глядя на реку, приходилось использовать свободные от упражнений часы для занятий. - Мрак был вначале сокрыт мраком. Все это было неразличимой пучиной. Я никогда этого не запомню!
Дурьодхана уселся у ствола, обреченно обхватив голову руками. Вторая половина гимна туда упорно не вмещалась, а его обязательно одним из первых спросят. Мир был ужасен и несправедлив по отношению к тринадцатилетнему сыну Дхритараштры. Мало того, что ему приходится учиться вместе с этой пятеркой лесных подарочков, которых он, почему то, должен считать братьями, мало того, что отец за год ни написал ему ни строчки и о событиях дома он почти ничего не знал, так еще и бесконечные гимны учи!
- Вот зачем мне все это? Я что, брахман?
- Был бы брахман, учил бы в два раза больше. – Ашваттхаман отложил свиток, по которому проверял своего друга и ласково улыбнулся. Ему хотелось утешить своего товарища, тем более принц совершенно зря так переживал, - Не волнуйся, отец задал этот гимн на неделю, ты вполне успеешь доучить.
Дурьодхана покосился на друга и тяжко вздохнул. Вот так только возьмешь разгон для того, что бы как следует разозлиться на несправедливый мир, обязательно кто-нибудь утешит.
- Давай передохнём, - поспешил предложить Ашваттхаман, пока царевич, раздумав обижаться не жизнь, вновь не кинулся на зубрежку неподатливого гимна, как боевой слон на вражеское войско. Дурьодхана проявлял хорошие способности в толковании шастр, а так же почти во всём, что касалось войны или управления царством, хотя учитель привычно указывал ему на чрезмерную резкость суждений, но вот гимны не задались, и царевич старательно компенсировал отсутствие вдохновения упорством.
Дурьодхана вообще сильно изменился за этот год, с того памятного случая с крокодилом. Резко поумерил замашки наследного принца, почти перестал спорить и взялся прилежно постигать всю науку, приготовленную Дроной для принцев Хастинапура. Братьев тоже подтянул, иногда помогая, иногда одёргивая, и каким-то непостижимым образом был в курсе дел всей сотни. Ашваттхаман только диву давался, гадая, это среди братьев так положено, или тут есть что-то необычное. С двоюродными братьями они почти не общались. Задевать их на каждом шагу Кауравы перестали, ну, а когда вас сто человек братьев, всегда найдется с кем поговорить. Ашваттхаман тоже к Пандавам не рвался, всё еще ревнуя Арджуну к отцу. Да и зачем, когда вокруг столько приятелей? Дурьодхана по отношению к старшему товарищу держал тон одновременно сердечный и почтительный, всегда обращаясь с ним, как со старшим, но, не забывая подчеркивать, что это никак не может нарушить близость их дружбы. Ашваттхаман платил другу самым искренним расположением.
- Прости, я совсем тебя замучил, - Дурьодхана уселся рядом с товарищем под дерево. Он выглядел немного пристыженным. Одно дело самому зубрить что-то в полуденную жару, когда хочется нежиться в тени и ни о чём не думать, совсем другое, если с тобой вынужден страдать друг, которому, к тому же, все эти гимны давно известны. – Хочешь, ложись ко мне на колени и поспи.
Ашваттхаман предложением друга воспользовался, но спать не стал, просто прикрыл глаза, радуясь, что можно больше не смотреть на однообразные чернильные строчки. Дурьодхана замер, и, кажется, немного задремал.
- Дурьодхна, - тихо позвал друга Ашваттхаман, - вот ты закончишь учение и станешь царём. А каким?
- Что? – принц отрыл глаза, и два раза моргнул, глядя в лицо другу, - Не знаю, - ляпнул он первое, что пришло на ум, и только потом сообразил, что сказал правду. Конечно, он рос на бесконечных рассказах о праведных царях прошлого, зубрил законы и вместе с остальными ломал голову над примерами, которые не уставал давать ученикам строгий Дрона. Но каким царём он должен стать, Дурьодхана понятия не имел. Отец велел стать достойным, но что это?
- Я никогда об этом не думал, - честно признался принц Ашваттхаману, - я хочу быть сильным. А ты? Ты ведь тоже будешь царем.
- Щедрым. И справедливым. А еще я никогда не унижу просящего, кем бы он ни был, хоть нишадом, хоть чандалом. – перед мысленным взором Ашватхамана встали смеющиеся брахманы в роскошных одеждах и царь Панчала на высоком троне. Они втроем тогда перед ними были такими маленькими и ничтожными. Трон царя стал для Ашваттхаман одновременно воплощением всего несправедливого, что с ним случилось в его короткой жизни, и самым желанным подарком на свете.
- Просящий уже поставил себя ниже того, у кого он просит, разве нет? – спросил Дурьодхана.
- Да, ты прав, - Ашваттхаман резко сел, опять прислонившись к дереву, - поэтому гордому и достойному человеку и без того невыносимо трудно просить о милости. Впрочем, ты принц, тебе вряд ли когда то придется задуматься об этом.
- Ашваттхаман, Ашваттхаман, друг, я обидел тебя? – Дурьодахана испуганно заглянул другу в лицо, - Прости, я ляпнул, не подумав, забудь мои слова, пожалуйста. Ты же знаешь, всё моё принадлежит тебе, тебе даже просить не придется, просто приходи и бери что хочешь, хоть золото, хоть шелк, а хочешь и жизнь мою забирай. Ну, хочешь, я до конца учебы буду отдавать тебе все свои ладу? Только не сердись на меня, хорошо?
На последнее предложение Ашваттхаман не выдержал, и рассмеялся. Всё-таки разница в возрасте сказывалась, и порой его друг был еще совсем ребёнком, которому предстояло еще почти десять лет прожить вдали от семьи. Ашваттхаман, даже обижаясь, порой, на отца, не представлял, как это, покинуть родителей так надолго. Ему было бы безумно одиноко, и его другу, наверняка, тоже. А ведь ему еще надо быть опорой для братьев. Стоит ли сердиться за одно, сгоряча сказанное, слово?
- Ладно, ладно, я знаю, что ты не такой, оставь свои ладу себе, и так ходишь вечно голодный. – ворчливо заметил Ашваттхаман, и крепко обнял друга, успокаивающе похлопав его по спине. Все ученики и правда резко пошли в рост и, пообедав, частенько начинали сразу же мечтать об ужине. Сердобольная Крипи частенько незаметно подсовывала сыну тарелку вкусных лепешек или еще чего-нибудь, что бы он мог поделиться с друзьями.
- Давай сходим в рощу? – предложил Дурьодхана, опасливо высунув нос из-под дерева. Но солнце уже палило не столь жарко, как час назад, а до вечерних уроков еще оставалось полно времени. Роща была на достаточно отдалении от лагеря, но ходить туда детям разрешалось. Там росли плодовые деревья, и может быть, фрукты на них уже созрели. Проверять Кауравы бегали каждую неделю, но пока никому еще не повезло. Самое время снова проверить.

Высокие деревья в роще хорошо защищали от палящего солнца, хотя всё равно было жарко.
- Смотри, я вижу спелые манго! – радостно указал другу Ашваттхаман, окинув дерево зорким взглядом лучника. Дурьодхана тоже углядел пару спелых фруктов, и уже собирался лезть на дерево, прислонив свою детскую палицу к дереву, как вдруг замер, уставившись на землю. На мягкой траве отчетливо были видны чьи-то следы и кора на стволе была ободрана, а рядом валялась манговая косточка.
- Бхима! – выдохнул Дурьодхана, ибо никого другого с точки зрения юного каурава тут оказаться не могло, - смотри, Ашваттхаман, тут кто-то был!
- И совсем недавно, - Ашваттхаман тоже уставился на следы, - Может он всё еще здесь.
- Пошли! – Дурьодхана уверенно закинул на плечо свою булаву и решительно двинулся в ту сторону, куда вели следы, - Посмотрим, кто ворует фрукты с наших деревьев!
О том, что если это и правда Бхима, считать это воровством немножко неправильно, Дурьодхана, разумеется, не подумал. Желание в чем-то обвинить и как следует поругаться со своим вечным недругом, когда он один, и рядом нет учителей, было сильнее любой логики.
Шли они недолго. Следы вели от одного дерева, к другому, затем к третьему, а потом вдруг пропали, как будто неизвестный любитель манго сквозь землю провалился, или наоборот, обзавелся крыльями и улетел в небеса. Дурьодхана еще раз внимательно осмотрел место, где следы внезапно исчезли. Земля там была такая же мягкая, и их с Ашваттхаманом следы были хорошо заметны. Неподалёку росло дерево, но все же не так близко, что бы неизвестный мог на него забраться прямо отсюда. Принц недоуменно огляделся и с надеждой посмотрел на друга. Ашваттхаман тоже был в полной растерянности относительно внезапной пропажи следов, но ударять в грязь лицом не хотелось, так что юноша в который раз осмотрел землю самым внимательным образом, чуть ли не обнюхав и на вкус не попробовав.
- Тут прошел дикий кот, и больше никого, - явно разочарованный Ашваттхаман, показывая Дурьодхане несколько рыжих волосков.
- Коты не едят манго, - разочарованно протянул принц, решив, что загадка исчезнувших следов так и останется не разгаданной.
- Или едят…-неожиданно протянул Ашваттхаман, переведя взгляд на то самое дерево неподалёку. Большой лесной кот как раз спрыгнул на толстую нижнюю ветку. В зубах он держал явно надкусанное манго. Он испуганно уставился на мальчиков взглядом совсем не кошачьих глаз, и через мгновенье припустил прочь вместе с манго.
- Держи его, Ашваттхаман! – Дурьодхана тоже вышел из оцепенения, в котором наблюдал ворующего фрукты кота, и кинулся за удирающим зверем. Ашваттхаман побежал следом. Где-то в голове молодого брахмана мелькнула мысль, что кот, чьи следы внезапно переходят в человеческие и который рвет с деревьев фрукты, может оказаться не лучшим объектом для погони, но азарт друга слишком захватил его. Дурьодхана с неожиданно для себя прытью нагнал кота, когда тот, видно сообразив, что бегать по земле, будучи котом, глупо, вцепился в ствол высокого дерева, явно рассчитывая скрыться в ветвях. Принц, недолго думая, схватил вора за полосатый хвост и от всей души дёрнул вниз. Кот проехал по стволу, цепляясь за кору и вопя дуриной, и наградил принца увесистым ударом когтистой лапы. Дурьодхана взвыл, но всё равно ухватил полосатого вредителя за шкирку. Кот дрался, как лев, но и молодому кшатрию упорства было не занимать. Ашваттхаман, подоспевший на помощь, сдернул с плеч накидку, и поскорей набросил её на кота. Вдвоем они закатали орущий и царапающийся свёрток так, что кот уже не мог размахивать лапами, хотя дергаться не прекращал.
- Что это? – спросил Дурьодхана, держа обеими руками так тяжко доставшегося им пленника, и пытаясь отдышаться. По плечу принца текла кровь из глубоких царапин, но он не обращал на это внимания.
- Понятия не имею, - честно ответил Ашваттхаман, тоже занятый попытками удержать запелёнатого кота.
И тут сверток вдруг перестал дергаться, а потом стал расти. Что-то внутри увеличивалось, и перетекало, меняя форму прямо под руками. Мальчишки, не сговариваясь, бросили шевелящийся сверток, и отступили, каждый схватившись за своё оружие. Пара мгновений, и кто-то, определённо человеческого вида, пусть и не высокий, встал на ноги и сдернул с лица порванную накидку. И оказался рыжим пареньком, явно не старше Ашваттхамана. Манго выкатилось и упало на землю возле его ног. Мальчик явно с опаской смотрел на вооруженную парочку, но голос постарался сделать уверенный:
- Трепещите, глупые смертные! – возвестил он страшным, как ему самому казалось, голосом, - я ужасный ракшас, и покараю вас за вашу дерзость!
- А вот и нет, - Дурьодхана на видимую опасность реагировал гораздо менее нервно, чем на невидимую. Вот и теперь, увидев перед собой конкретного противника, он просто поудобнее перехватил палицу, - Ашваттхаман брахман, а кто обидит брахмана будет навеки проклят. А у меня как раз палица имеется, на случай встречи с ужасными ракшасами.
И принц Куру решительно выпятил грудь, подходи мол, коварный супостат.
- А брахману можно браться за оружие во имя защиты! – поспешил заявить Ашваттхаман, что бы «ужасный ракшас» ни в коем случаи не подумал, что он, Ашваттхаман, трус, и намерен прятаться за статусом брахамана.
- Тоже мне, брахамны, - проворчал паренёк. Драться одному с двоими он явно не стремился. – Чуть что, сразу хватать, а потом оружием грозиться.
- А как ты вообще сюда попал? – миролюбиво спросил Дурьодхана, - Великий Бхишма запретил ракшасам появляться на землях людей.
- Моя мама с ними не живёт, - паренек насупился, и посмотрел на друзей исподлобья, - Ну, идите, пожалуйтесь, и манго тоже заберите. Вон, тут рядом как раз царский учитель обитает.
- Роща принадлежит махараджу, но он сам сюда за фруктами не приедет, так что они принадлежат тому, кто их собрал, - подумав, ответил Дурьодхана, - И жаловаться я тоже не стану. Ты же ничего плохого не сделал.
- Правда? А хватал тогда зачем? – ракшасёнок неуверенно потер загривок и сделал шаг навстречу друзьям, - А вы сами-то кто?
- Не каждый день встретишь кота, который ест манго. Меня зовут Дурьодхана, а это мой друг Ашваттхаман, - представился принц. Ашватхаман опустил лук, но продолжал наблюдать за новым знакомым с некоторой опаской. – Ты живёшь с матерью вне её племени? А где же твой отец?
- Он к нам часто приходит, - поспешно ответил молодой ракшас, - но у него много дел, он командир у самого Бали!
- Если твой отец воин, то тем более ты не должен тут никого опасаться, ведь воины должны уважать друг друга, разве не так?
- Так. Но люди то разные бывают. – паренёк вздохнул, и потер шею, - Ну и хватка у тебя, Дурьодхана.
- Извини, я же не знал, - принц пожал плечами, - можешь и дальше сюда приходить, мы никому не расскажем. Я бы предложил тебе чего-нибудь, что бы ты на меня не обижался, но у меня ничего нет. Могу предложить тебе только свою дружбу.
- Правда? – ракшасенок недоверчиво уставился на Дурьодхану, и несмело улыбнулся, - Я с радостью был бы твоим другом. У меня тут, по правде говоря, никого нет, кроме матери.
- Значит, будем друзьями! – Дурьодхана открыто улыбнулся, и протянул новому товарищу руку, - Я от своих слов никогда не отказываюсь.
Молоденький ракшас подумал еще немного, и шагнув навстречу, пожал протянутую руку.
- Я тоже отказываться не буду. – заверил он, - Если захочешь, ищи меня у реки, там, где стоит большой камень, похожий на быка. А сейчас я пойду, пожалуй. Вдруг на шум кто-то придет.
И облик мальчишки вдруг потёк, как будто он стоял за плотным потоком воды, и через пару мгновений перед друзьями стоял полосатый лесной кот. Он мяукнул, и скрылся в кустах.
- Ты уверен? Все-таки он ракшас, да еще и асур наполовину. – Ашваттхаман заговорил, когда они уже шли назад. Во время разговора он не вмешивался, но выглядел не очень довольным.
- А я несостоявшийся убийца, - вздохнул Дурьодхана, - А ты сын нищего. Сам же говорил, царь не должен никого отталкивать. А этот парень показался мне честным. К тому же многих ты знаешь, кто может вот так менять облик? А кто такой Бали?
- Царь асуров. Он великий праведник, насколько я знаю. – Ашваттхаман пожал плечами, и уставился на друга с недоумением, - Почему ты убийца?
- Потом расскажу, - отмахнулся Дурьодхана, - Ну, вот видишь, если отец этого ракшаса командир у праведного царя, то и сам он, наверное, не так уж плох, а значит и сын его достойный человек. В смысле ракшас.
- Кто тебя всему этому научил?
- Дядя.
- Хотел бы я с ним познакомиться. Должно быть он мудрый человек.
- Он самый умный человек на земле! Когда мы вернемся домой, вы обязательно познакомитесь. Я уверен, ты ему понравишься.
- Думаешь?
- Разумеется. Ты же мой друг.

@темы: Махабхарата 2013, Махабхарата, Дурьодхана, Ашваттхама, Фанфики

Комментарии
2016-05-06 в 00:57 

Kinn
Вообще-то на Курукшетре на стороне Кауравов сражались владыки ракшасов Алаюдха и Аламбала. Алаюдху убил Гхатоткача.
Так что фанфик в тему и в канон.

2016-05-11 в 21:09 

Винтовка Мосина
:beg: :beg: :beg:
спасибо! всегда приятно читать про детские годы, которых нам Вьяса недодал и про то, как Котенька умеет дружить.

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Махабхарата

главная